Общее·количество·просмотров·страницы

среда, 31 октября 2012 г.

Поговорим о книгах

     Закончился еще один этап в моей жизни - я перевел 4-ю главу из "Сильных фокусов" Дарвина Ортиза. Точнее закончил черновой вариант перевода. Теперь надо отойти от процесса и начать корректировать. Забыть о существовании английских конструкций и начать снова привыкать чувствовать русский язык. Связаться с друзьями, которые помогают с тестированием книги, дать им, подождать, услышать комментарии, поспорить...
     Это не ахти какое событие. Просто очередная веха на большом пути, но я к ней долго стремился, долго её ждал (как ждешь вечером автобуса, который уже час не идет, но без которого домой не доедешь) и вот процесс завершён. Теперь можно хвастаться, что переведена треть большой книги, расслабляться и рефлексировать.
     В этот перерывчик я и хотел бы поговорить о некоторых проблемах связанных с возможностью появления качественного материала по нашей теме. И даже не проблемах, а проблемищах. О том, что в такой огромной стране такое загнивание и стагнация (чёрт, красивое слово).

    Я не буду обсуждать "промышленное" книгоиздательство. Это когда большая фирма решает, что можно выпустить новую тупую отечественную книгу или перевести кривую зарубежную, которую потом выдавать за шедевр. Я хочу поговорить о наших, самиздатовских проблемах. Ну, совсем просто: я и Владимир Серафимович Свечников.

     Друзья. Хотите увидеть русского Тарбелла? (Кто не знает, что это такое, сразу выходите из моего блога). Способ простой. Заходите в блог Свечникова, а точнее в его сообщение "Размышления о некоторых трюках" Magic of Svechnikov и в окошко комментариев пишите: "Уважаемый Владимир Серафимович. Я очень хочу увидеть ваш перевод Курса Тарбелла, который готов буду купить при его издании." Вот так. Очень просто. Думаю, после ста таких сообщений сердце мэтра дрогнет и он начнёт переводить. Ну, я так думаю. Хотя... я не верю, что сообщений наберётся с десяток. Вот, такая мы крупная страна. Вот, так нас много, интересующихся фокусами и жаждущих знаний.

      Однако, это не все стороны вопроса. Хочу затронуть одну тему, которую считаю важной. Несмотря на внешнее спокойствие в наших с Владимиром Серафимовичем отношениях, невидимо от остального мира, у нас случаются бурные обсуждения со сталкиванием лбами непримиримых врагов в отношении к вопросу перевода. Дело в том, что Владимир Серафимович обожает авторизованный перевод, а я настаиваю на как можно большей приближенности к первоисточнику. В моих переводах Дарвин Ортиз пишет как Дарвин Ортиз, а Эдди Магваер как Эдди Магваер. То есть, если интеллектуально рафинированный Ортиз использует красочные, по-эстетски сложные построения фраз, то и в моём переводе это передается витиеватыми, похожими на научные, предложениями. А если безграмотный Магваер пишет с многочисленными повторами и путаньем в терминах и логике, то и у меня, по-русски, он тоже путается и не отличает правой руки от левой. Я хочу чтобы Россия имела своих Ортизов, Робер-Уденов и Эрднайзе, а не вольные переводы Владимира Серафимовича с формой повествования 50-х годов прошлого века, этакого доброго сказочника из радиопередач.
     Причем, произведения Владимира Серафимовича отличаются не только вольностью повествования, но и "личными дополнениями", что для меня просто является смертельным грехом. Когда я обрабатывал Свечниковский перевод Шиндлера и Гарсии, то кроме пропущенных мелких кусков, которые я автоматически добавлял помечая красным цветом, я обнаружил целых три фокуса, которых просто не было в оригинале (пометил синим). То есть, при переводе, Владимир Серафимович считает, что он умнее автора и добавляет своё (типа дополнительной главы у "Властелина Колец", где путешественники посетили страну РОссию с непонятным и загадочным народом). Так в чём вопрос? Возьмите и пишите свои книги на английском и зарабатывайте деньги. Ведь вы же умнее Гарсии и Шиндлера (вообще-то, по секрету, замечу, что Гарсия и Шиндлер эту книгу не писали, а лишь помогали "отбирать" материал, который им предоставляли). Значит ваши книги будут покупать лучше, чем у этих авторов. По моему, это хорошее решение.

     Люди. Братья. Россияне. Неужели вы не хотите, чтобы в нашей стране появились источники от признанных корифеев? Настоящий Робер-Уден, оригинальный Эрднайзе, реальный Хоффманн? Может быть тогда и у нас появятся свои Гудини (прочитав перевод французского мэтра Вейс решил стать фокусником), прочитавшие Робер-Удена, а не Пупкины, прочитавшие Валерия Постолатия? Весь мир читает "Волшебника из Страны Оз" Баума, и только у нас "Волшебник Изумрудного Города". Я люблю Волкова. Но, когда я пытался Сильвермену объяснить, почему его книга "Houdini. The career of Ehrich Weiss." у нас называется "Гудини. Великий и ужасный", это выглядело как разговор пьяного с идиотом. (Ну, понимаете, "Великий и ужасный" это Гудвин из "Волшебника Изумрудного Города", который у вас называется "Волшебник из страны Оз". — А кто такой Гудвин? — Ну, это тот, который в Америке Оскар Пинхед. — Отлично. А при чем здесь Гудини? — Ну, Гудвин - Гудини. — Так ведь Оскар Пинхед это маленький и лысый, как Гарри Келлар. — А у нас не знают, кто такой Келлар, и потому Гудини.) Вряд ли Кеннет Сильверман что-то понял в моей "логике". Так что, мы все еще дикие папуасы, для которых в 30-х годах прошлого столетия американские миссионеры писали адаптированную Библию, в которой Адам брал у Евы ананас, который ей дала большая черная обезьяна? Неужели мы действительно такие и уровень российского интеллекта просто не дорос до настоящих книг по фокусам, даже прошлого столетия?

     Если кто не согласен с существующей ситуацией дел в стране, имеет право снова зайти в блог Владимира Серафимовича и высказать всё, что думает по этому поводу. Ну, конечно-же, всё это следует писать культурно, и без какого-либо вызова и упрёка. Просто, как я думаю, когда Владимир Серафимович увидит, что количество людей, которым нравятся именно оригинальные книги (а не пересказы о том, что кто-то и где-то писал)  и которые хотят читать именно их, возможно ему захочется сделать что-либо для общества, а не для себя. :-) И мы, русские, прочитав перевод Свечникова, сможем сказать: "Мне нравится фокус Тарбелла, но я хочу понять, что он там написал..." вместо фразы: "Мне хочется обсудить один фокус, который есть в русском варианте Тарбелла, переведённого Свечниковым, но я не знаю, это фокус Тарбелла или Свечникова, и это Тарбелл советовал засунуть вот сюда палец или это Владимир Серафимович такое написал?"